Шахматы для детей: во сколько лет садиться за доску и что игра даёт дошкольнику

Шахматы для детей обросли обещаниями: и мышление разовьют, и усидчивость дадут, и математику подтянут. Разберёмся спокойно — во сколько лет ребёнок способен играть по-настоящему, чем занятие четырёхлетки отличается от занятия семилетки и что из обещанного действительно случается. И отдельно — как выглядит первое занятие у ребёнка, который не знает правил, и что делать с обидой на проигрыш.

С какого возраста шахматы для детей имеют смысл

Ориентир такой: знакомиться с фигурами можно с четырёх лет, играть партию целиком большинство детей готовы к шести-семи.

В четыре-пять лет ребёнок ещё не держит в голове замысел на несколько ходов вперёд. Зато он отлично запоминает, кто как ходит, решает задачи на один-два хода и играет короткие партии, где доска не успевает запутаться. Это не «шахматы в облегчённом виде», а нормальный вход: сначала правила и внимание к собственному ходу, стратегия появляется позже.

Готовность проще проверить не по возрасту, а по трём признакам:

• ребёнок удерживает правила простой настольной игры и не меняет их по ходу;
• может заниматься одним делом десять минут и не сползать под стол;
• расстраивается от проигрыша, но не разваливается — или готов этому учиться.

Верхней границы нет. Начать в семь или восемь ничуть не поздно: вход будет другим, быстрее и через правила, а не через игру в фигуры-животных.

Отдельный вопрос — не начать ли с шашек. Правила там проще: фигура одна, ход один, партия короче. Но «проще» относится только ко входу: считать размены в шашках надо не меньше, а на несколько ходов вперёд четырёхлетка не считает ни там, ни там. Разница в другом — в шашках нечего запоминать, ребёнок садится и играет в первую же минуту, а в шахматах сначала знакомится с шестью разными фигурами. Если он спокойно относится к правилам и любит новое, берите сразу шахматы: там больше поводов подумать. Если бросает любую игру, где надо что-то держать в голове, шашки годятся как разгон на пару месяцев.

Чем занятие четырёхлетки отличается от занятия семилетки

Разница не в сложности задач, а в устройстве всего занятия.

Если четырёхлетнего посадить за полную партию со старшими, он проиграет, заскучает и через месяц объявит, что шахматы — это скучно. Поэтому группы собираются по возрасту: за доску у нас садятся с четырёх лет, и у младших занятие построено вокруг задач и коротких партий, а не турнирных правил. Одно занятие длится 45 минут — для дошкольника это предел настоящего внимания, дальше начинается имитация.

Как проходит первое занятие, если ребёнок не знает правил

Родители обычно представляют это так: ребёнка сажают за доску и объясняют, кто как ходит. На деле объяснение занимает меньшую часть времени.

Сначала разбирается сама доска: где ряд, где вертикаль, где диагональ, почему угловая клетка слева всегда тёмная. Потом фигуры вводятся по одной, и каждая — сразу через задание: вот ладья, вот пешка, поймай пешку за два хода. Ребёнок не заучивает правило, а пользуется им, и оно остаётся само.

Ферзя обычно вводят последним, а рокировку и взятие на проходе — на третий-четвёртый раз: они не нужны, пока на доске четыре фигуры.

Первая партия у новичка обычно не полная, а «мини»: король и три пешки против короля и трёх пешек. Она заканчивается за несколько минут, и ребёнок успевает и выиграть, и проиграть за одно занятие — для входа это важнее любого дебюта.

Приносить с собой ничего не нужно, доски и фигуры есть на месте. Родителю на первом занятии полезнее всего не подсказывать из-за спины: ребёнок мгновенно переключается на взрослого и перестаёт думать сам.

Что тренируется, кроме самой игры

Главное звучит скучнее рекламных обещаний: привычка думать перед действием. Прежде чем передвинуть фигуру, надо посмотреть, что будет дальше, — а таких ситуаций в жизни дошкольника немного, и почти всегда требование подумать исходит от взрослого, а не от самого дела.

Дальше по списку:

• внимание — ребёнок удерживает одну задачу десять-пятнадцать минут подряд, а для пяти лет это много;
• пространственное мышление — доска, диагонали, направления, расстояния;
• память — на фигуры, на схемы, на собственные прошлые ошибки;
• умение проигрывать — самая недооценённая часть, ради которой многие родители и приводят.

О последнем стоит сказать отдельно. За доской ребёнок проигрывает регулярно и в безопасной обстановке: партия короткая, следующая начинается через пару минут, а разбор идёт по ходам, а не по итогу. Постепенно проигрыш перестаёт быть оценкой себя и становится обычной задачей — это, пожалуй, ценнее всех дебютов вместе взятых.

Здесь же и отличие от привычных настольных игр. В «ходилках» с кубиком результат наполовину не ваш: не повезло — выпала единица. За доской случайности нет вообще, и это обоюдоострая вещь. С одной стороны, ребёнок впервые видит прямую связь между тем, что он придумал, и тем, чем всё кончилось. С другой — проигрыш становится больнее, потому что списать его не на что. Поэтому в первые месяцы важнее не углублять разбор, а держать партии короткими.

Чего честно обещать нельзя — что игра сама по себе поднимет отметки по математике или сделает ребёнка собранным во всём остальном. Перенос навыка не происходит автоматически, и любой, кто гарантирует результат к конкретному сроку, говорит лишнее.

Как не отбить интерес дома

Домашние партии полезны, но именно они чаще всего и портят дело. Несколько простых правил:

• играть коротко и по желанию ребёнка, а не по расписанию;
• не поддаваться напоказ: дети считывают это мгновенно и обижаются сильнее, чем на честный проигрыш;
• обсуждать ход, а не результат;
• не устраивать проверок «а ну покажи, чему научился».

Три ошибки стоят особняком, потому что делаются из лучших побуждений.

Первая — разбирать проигрыш сразу. Ребёнок, который только что расстроился, не слышит объяснений, у него на них просто нет ресурса. Разговор о том, где была развилка, работает на следующий день или перед следующей партией, но не в первые пять минут после мата.

Вторая — играть по-своему. Дома взрослый часто разрешает вернуть ход, переставляет фигуры обратно, отменяет рокировку, потому что «мы так не играем». Ребёнок оказывается между двумя наборами правил и начинает спорить уже в группе. Проще один раз спросить, как играют на занятии, и держаться этого.

Третья — время. Партия в девять вечера после длинного дня заканчивается слезами почти всегда, и шахматы тут ни при чём.

И следить за собственным вопросом на выходе. «Ну что, выиграл?» превращает игру в экзамен за один вечер. «Что интересного было в партии?» оставляет её игрой.

Сколько раз в неделю и с чем сочетать

Для ровного продвижения обычно хватает двух занятий в неделю плюс редких партий дома. Ходить можно один, два или три раза — абонемент списывается по факту посещения; что и когда идёт, видно в расписании, а возраст групп — на странице шахмат.

Через пару месяцев имеет смысл спокойно посмотреть, идёт ли дело. Оценивать стоит не победы — их может не быть вовсе, — а четыре вещи:

• ребёнок помнит ходы всех фигур и не переспрашивает каждый раз;
• перед ходом появилась пауза: он смотрит на доску, а не двигает первое попавшееся;
• проигрыш занимает минуту, а не весь вечер;
• он хотя бы однажды сам предложил сыграть.

Два признака из четырёх — всё идёт нормально. Ни одного, и на занятие ребёнок собирается через силу, — дело чаще не в шахматах, а в возрасте: разумно сделать паузу на полгода и вернуться. Тот же ребёнок в пять с половиной садится за доску совсем не так, как в четыре с небольшим.

Хорошо сочетается то, что тренирует тот же тип мышления с другой стороны. Например, эксперименты для детей 5⁠–⁠7 лет: там ребёнок сначала предполагает, что получится, а потом проверяет руками. Шахматы учат просчитывать, опыты — проверять; вместе выходит привычка не угадывать, а думать.

Первый шаг везде одинаковый: пробное занятие бесплатное. Дальше есть абонементы на 8 и на 4 занятия и разовое посещение; абонементы клуба начинаются от 4 800 ₽, а если ребёнок ходит на несколько направлений, часто выгоднее универсальный — любые 8 групповых занятий за 10 400 ₽. Новый сезон начинается 1 сентября.

И последнее. Шахматы — не тест на одарённость и не пропуск в сильный класс. Это одна из немногих игр, где ребёнок видит последствия своего решения через полминуты, а не через год. Если ему это нравится — уже достаточно.